|
Светлана Фельде, Германия
Родилась в 1967 году в Омске. В 1989 году окончила факультет журналистики Казахского государственного университета имени Кирова, город Алма-Ата.
Десять лет работала журналистом в различных газетах Казахстана. В 1999 году эмигрировала в Германию.
Лауреат премии Союза журналистов Казахстана, первое место в номинации «Проза» на фестивале литературы и культуры - Греция, 2005 год.
Редактор литературного интернет-журнала «Свиток», координатор международного литературного конкурса «Легкое дыхание» - Германия, 2010 год. Редактор литературного альманаха «Пилигрим». Автор трех сборников рассказов – на русском и немецком языках.
ВКУС МЕДА
«Выпей море, Ксанф», - говорил своему господину Эзоп. Запомни про «Битлз» все - с тем же чувством обреченности говорила я себе, в 1989 году услышав их песню «Вкус меда».
Год первой любви, первого расставания с иллюзиями, первой настоящей горечи.
Жизнь – это то, что происходит с тобой, пока ты строишь другие, совсем другие планы.
Я откладывала в сторону учебник по экономике, включала пластинку «Битлз».
Все, что человеку нужно, - это любовь.
Я буду помнить вкус меда, что слаще вина. Я первый наш поцелуй не забыл. Я помню, как он сладок был. Незабываем вкус меда, что слаще вина. Но я вернусь, навсегда вернусь, я приду, чтоб с тобою пить мед. Твой поцелуй сердце мне согрел. Ты далеко, но я не забыл. Незабываем вкус меда, что слаще вина. Но я вернусь, навсегда вернусь, я приду, чтоб с тобою пить мед.
Что за дребедень ты слушаешь, спросил меня сын, раньше обычного вернувшись из школы. Это - «Битлз». И пустилась в рассказ. Про то, как из последней поездки на родину, в Алма-Ату, я привезла несколько заигранных пластинок. В том числе – «Битлз». Как на четвертом курсе университета отстояла в очереди центрального универмага за этой пластинкой как минимум два часа. Как казахстанские таможенники никак не могли понять, зачем я везу в Германию старый диск – потертый картон, на котором – ливерпульская четверка на фоне лондонского уличного фонаря.
Ага, сказал сын, я пошел смотреть «Секретные материалы».
Недавно я вернулась домой раньше обычного.
Я буду помнить вкус меда... Я вернусь, чтобы пить с тобой мед.
Сын сидел на диване. И слушал битлов.
На столе лежал учебник математики.
Все, что человеку нужно, - это любовь.
Я никогда не была в Лондоне. В школе терпеливо учила «London is the capital of Great Britain…», взирая на черно-белые рисунки учебника английского языка, где над водами Темзы возвышался сказочный Биг Бен и зловеще темнел таинственный Тауэр. А еще - зачитывалась рассказами про хитроумного сыщика с Бейкер-Стрит Шерлока Холмса и верную собачку Бобби, заучивала типовые фразы старины Murphy.
Я никогда не была в Лондоне.
А если бы...
По краешку Сент-Джеймского парка я бы прошла к Букингемскому дворцу. Там наверняка царят покой и умиротворенность: в пруду плавают белые лебеди и утки, по желтым газонам носятся серые белки, выпрашивающие лакомство у туристов, в полосатых креслах-шезлонгах сидят отдыхающие. Потом села бы в черный кэб и поехала к музею Холмса. Потом под вечер я бы просто пошла гулять по улицам. Говорят, лондонские фонари – это что-то особенное. В 1417 году лондонский мэр Генри Бартон распорядился вывешивать фонари зимними вечерами, чтобы рассеять непроглядную тьму в британской столице. Уличные фонари, самые первые, давали сравнительно мало света, поскольку в них использовали обыкновенные свечи и масло.
Потом – на улицу Грин-стрит. Там есть дом, в котором квартира, подобных коей в Лондоне не сыскать. Менеджер группы Брайан Эпштейн арендовал ее, заботясь о покое музыкантов, осаждаемых поклонницами. Вместе они прожили там лишь несколько месяцев. Там все и началось: творчество – производное от боли.
Потом – обязательно - художественная галерея Индика. В шестьдесят шестом Йоко познакомилась здесь с Джоном. Синтия вернулась домой из поездки и увидела Йоко – та сидела на стуле, в черном кимоно, длинные темные волосы. И в глазах ее была такая уверенность, что Синтия ушла. Она привыкла так считать: женщина должна быть ласковой и неслышной. Рассказывали ли ей в детстве, что боль - путь к наслаждению? Смогла ли она тогда понять это правильно?
Он - плебей, она - аристократка: отец Йоко считался крупным японским банкиром, мать происходила из очень знатной семьи. Он не любил читать, она не расставалась с книгой - Йоко окончила один из лучших американских колледжей и занималась современным искусством. Она была старше его на семь лет и дважды побывала замужем. И характер – не Синтия. Леннон привык к женщинам, беспрекословно подчинявшимся его воле.
Раньше он был очень скверным мальчишкой. Дерзким, агрессивным, невоспитанным, неряшливым и непочтительным - так плохо, как Джон Леннон, в средней школе «Кворри Бэнк» учились немногие. Во время уроков Леннон развлекал одноклассников порнографическими рисунками, на переменах курил и стаскивал с девочек трусы, после школы устраивал облавы на мальчиков из хороших семей. Учителя ставили ему двойки, домой его заставляли приходить к семи вечера, и на свет божий он появился по недоразумению.
Теперь он вставал в шесть утра, пил кофе и кормил сына, потом варил кофе жене, включал Шону телевизор и бродил по дому в ожидании обеда. После обеда он присматривал за прибиравшей дом горничной, давал наставления повару; потом семья ужинала, и у Йоко могло найтись время, чтобы отправиться с ним на прогулку.
Восьмого декабря Леннон вышел из дома: его ждала куча дел, и он не обратил внимания на человека, шагнувшего ему навстречу. Тот окликнул его, поднял руку, и Леннон успел - наверное - только подумать, что штука, которую этот парень вытащил из-под пиджака, очень похожа на армейский «кольт».
...Если стоишь на краю обрыва и раздумываешь, прыгнуть или нет, — прыгни! Обязательно прыгни.
...У меня есть знакомая, обожающая путешествовать. Мне кажется, она объездила уже половину земного шара. Я только что из Лондона, говорит она мне при случайной встрече. Приходи завтра, такое расскажу!
Из Лондона! По дороге с работы захожу в магазин, покупаю сухие кексы с изюмом и спешу в гости.
Про лебедей, Холмса и фонари моя приятельница ничего сказать не могла. А вот под рассказ о музее Мадам Тюссо были съедены все кексы. Теперь я знаю, что самое удивительное в Лондоне – это музей Мадам Тюссо. Тут тебе и Диана, и ее сыновья, и наши родненькие Ленин, Горбачев и Путин – как живые! Она сфотографировалась рядом со всеми. Разложила веером фотографии на столе: вот смотри, тут я с Путиным под руку. А вот Ленин – ну чудо как сделан...
Правда – как живые. Отличные восковые фигуры.
Рядом с группой «Битлз» знакомая не сфотографировалась. Она, как выяснилось, вообще не знает, кто это. |
